 |
Я один наслаждался тут благотворностью невинной ночи и страшными своими думами.
Проволочная корзина у панели была чрезвычайно щепетильна насчет принимаемого: "Для Сора и Бумаги, но не для Отбросов" говорила надпись.
Хересовые литеры светились над магазином фотоаппаратов.
Громадный градусник с названием слабительного прозябал на фронтоне аптеки.
Ювелирная лавка Рубинова щеголяла витриной с искусственными самоцветами, отражавшимися в красном зеркале.
Фосфористые часы с зелеными стрелками плавали в полотняных глубинах прачечной "Момент". По другой стороне улицы гараж сквозь сон говорил "Автора убили" (на самом деле - "Автомобили"). Самолет, который тот же Рубинов разукрасил камушками, пролетел, с гудением, по бархатным небесам.
|
