 |
Я стоялъ поодаль, развязывая галстукъ, и внимательно смотрeлъ на Феликса.
Ну, дальше, дальше!" крикнулъ я, замeтивъ, что онъ замeшкался.
Онъ не безъ стыдливой ужимки спустилъ штаны съ бeлыхъ, безволосыхъ ляжекъ.
Освободился и отъ рубашки.
Въ зимнемъ лeсу стоялъ передо мной голый человeкъ.
Необычайно быстро, съ легкой стремительностью нeкоего Фреголи, я раздeлся, кинулъ ему верхнюю оболочку моего бeлья, -- пока онъ ее надeвалъ, ловко вынулъ изъ снятаго съ себя костюма деньги и еще кое-что и спряталъ это въ карманы непривычно-узкихъ штановъ, которые на себя съ виртуозной живостью натянулъ.
Его фуфайка оказалась довольно теплой, а пиджакъ былъ мнe почти по мeркe: я похудeлъ за послeднее время.
Феликсъ между тeмъ нарядился въ мое розовое {161} бeлье, но былъ еще босъ.
|
