 |
Тихая, как мышка, - прошептал он.
Вот бы ее сейчас погладить по голове и сразу уйти". Она могла забыть запереться.
Без особой надежды он нажал.
Нет, она не забыла.
Он вдруг вспомнил, как отроком в душную летнюю ночь, в чьей-то усадьбе на Рейне, он перелез в комнату к горничной (которая, впрочем, дала ему затрещину и выгнала вон) по карнизу, - но тогда он был легок, ловок и зряч.
А почему бы не попробовать? - подумал он с меланхолическим озорством.
Ну, разобьюсь.
Не все ли равно?" Он нашел свою трость и, высунувшись в окно, повел ею по широкому карнизу, потом вбок и вверх, к соседнему окну.
Чуть звякнуло стекло отворенной рамы.
Как она крепко спит, устает за день, возится со мной." Втягивая обратно трость, он зацепил за что-то, трость выскользнула и с мягким стуком упала, закон притяжения, а в общем, можно предположить, что окно не на втором этаже, а на первом.
Держась за подоконник, он перелез на карниз, нащупал рядом водосточную трубу, переступил через ее холодное железное колено и сразу ухватился за следующий подоконник.
|
