 |
Наконец она появилась: "Слушай", - сказала она тем нейтральным тоном, от которого мне делалось так больно: "Дай мне несколько пятаков и гривенников.
Я хочу позвонить маме в больницу.
Как номер?" "Садись в автомобиль", - ответил я.
Ты не можешь звонить по этому номеру". "Почему?" "Влезай - и захлопни дверь". Она влезла и захлопнула дверь.
Старик-гаражист улыбнулся ей лучезарно.
Мы вымахнули на дорогу.
Почему я не могу позвонить маме, если хочу?" "Потому", - сказал я, - "что твоя мать умерла". 33 В веселом Лепингвиле я купил ей четыре книжки комиксов, коробку конфет, коробку гигиенических подушечек, две бутылки кока-колы, маникюрный набор, дорожные часы со светящимся циферблатом, колечко с настоящим топазом, теннисную ракету, роликовые коньки, приделанные к высоким белым сапожкам, бинокль, портативную радиолку, жевательной резины, прозрачный пластиковый макинтош, темные очки, много еще носильных вещей - модных свитеров, штанишек, всяких летних платьев... В тамошней гостинице у нас были отдельные комнаты, но посреди ночи она, рыдая, перешла ко мне и мы тихонько с ней помирились.
Ей, понимаете ли, совершенно было не к кому больше пойти.
Конец Первой Части * ЧАСТЬ II * 1 Тогда-то, в августе 1947-го года, начались наши долгие странствия по Соединенным Штатам.
|
