 |
Это разрешило сомнения осторожных американских издателей, и я уже мог выбирать между ними наиболее мне подходящего.
Успех путнамского издания (1958) превзошел, как говорится, все ожидания.
Парадоксальным образом, однако, первое английское издание, вышедшее в Париже еще в 1955 году, вдруг оказалось под запретом.
Я часто спрашиваю себя, как поступил бы я в те дни, когда начались переговоры с "Олимпия Пресс", если бы мне тогда стало известно, что наряду с печатанием талантливых, хотя и вольных, произведений главный свой доход издатель получал от им заказываемых продажным ничтожествам пошлых книжонок совершенно того же сорта, как предлагаемые на темных углах снимки монашки с сенбернаром или матроса с матросом.
Как бы то ни было, английские таможенники давно уже отнимали, в суровом и трезвом тумане возвращений с каникул, эту порнографическую дрянь -- в таких же травянистого цвета обложках, как моя "Лолита". Теперь же английский министр внутренних дел попросил своего французского коллегу, столь же невежественного, сколь услужливого, запретить в продаже весь список изданий "Олимпии", и в течение некоторого времени "Лолита" в Париже разделяла судьбу заборных изданий "Олимпии". Между тем нашелся лондонский издатель, пожелавший напечатать ее.
Дело совпало с обсуждением нового закона о цензуре (1958-59 г.) причем "Лолита" служила аргументом и для либералов и для консерваторов.
|
