 |
Ветер притих и тут же вновь зашебуршился в листве.
Приступ оставил его немного напуганным и ослабелым, но он сказал себе, что, будь это настоящий сердечный припадок, он бы наверняка испытывал куда большие тревогу и озабоченность, и этот окольный резон изгнал испуг окончательно.
Четыре часа, двадцать минут.
Он высморкался и потащился к станции.
Прежний служитель вернулся.
Вот вам ваш саквояж, -- весело сказал он.
Сожалею, что вы пропустили кремонский автобус." -- По крайности, -- и сколько достойной иронии постарался вложить наш невезучий друг в это "по крайности", -- с вашей женой все в порядке, надеюсь? -- Будет в порядке.
Похоже, придется ждать до утра.
А теперь, -- сказал Пнин, -- где расположен публичный телефон? Служитель махнул карандашом вдаль и вбок, насколько достал, не вылезая из логова.
Пнин пошел с саквояжем в руке, но был окликнут.
Теперь карандаш торчал поперек улицы.
Слушайте, видите, там двое парней грузят фургон? Они прямо сейчас едут в Кремону.
Скажите им, что вы от Боба Горна.
Они вас возьмут.
Некоторые люди -- и я в их числе -- не переносят счастливых концов.
|
