 |
Вы очень похожи на большого страшнаго кабана съ гнилыми клыками, напрасно не нарядили такого въ свой костюмъ.
И еще въ одномъ долженъ признаться Вамъ: я, слабовольный, я, пьяный, я, ради искусства готовый продать свою честь, я Вамъ говорю: мнe стыдно, что я отъ Васъ принималъ подачки, и этотъ стыдъ я готовъ обнародовать, кричать о немъ на улицe, только бы отдeлаться отъ него.
Вотъ что, кабанъ! Такое положенiе длиться не можетъ.
Я желаю Вашей гибели не потому, что Вы убiйца, а потому, что Вы подлeйшiй подлецъ, воспользовавшiйся наивностью довeрчивой молодой женщины, и такъ истерзанной и оглушенной десятилeтнимъ адомъ жизни съ Вами.
Но если въ Васъ еще не все померкло: объявитесь!" Слeдовало бы оставить это письмо безъ комментарiевъ.
Безпристрастный читатель предыдущихъ главъ видeлъ, съ какимъ добродушiемъ и доброхотствомъ я относился къ Ардалiону, а вотъ какъ онъ мнe отплатилъ.
|
