 |
Гдe-то онъ сейчасъ? Вeроятно совсeмъ спился, бeдняга.
Это тоже судьба!" По утрамъ я читаю и пишу, -- кое-что можетъ быть скоро издамъ подъ новымъ своимъ именемъ; русскiй литераторъ, живущiй по-близости, очень хвалитъ мой слогъ, яркость воображенiя.
Изрeдка Лида получаетъ вeсточку отъ Орловiуса, поздравленiе къ Новому Году, напримeръ; онъ неизмeнно проситъ ее кланяться супругу, котораго не имeетъ чести знать, а самъ думаетъ вeроятно: "Быстро, быстро утeшилась вдовушка... Бeдный Германъ Карловичъ!" Чувствуете тонъ этого эпилога? Онъ составленъ по классическому рецепту.
О каждомъ изъ героевъ повeсти кое-что сообщается напослeдокъ, -- при чемъ ихъ житье-бытье остается въ правильномъ, хотя и суммарномъ соотвeтствiи съ прежде выведенными характерами {171} ихъ, -- и допускается нeкоторой юморъ, намеки на консервативность жизни.
Лида все такъ же забывчива и неаккуратна... А ужъ къ самому концу эпилога приберегается особенно добродушная черта, относящаяся иногда къ предмету незначительному, мелькнувшему въ романe только вскользь: на стeнe у нихъ виситъ все тотъ же пастельный портретъ, и Германъ, глядя на него, все такъ же смeется и бранится.
Финисъ. Мечты, мечты... И довольно притомъ прeсныя.
|
